В отличие от британских или французских танков, дошедших до конца войны, германским не довелось продолжить службу в своей или чужой армии и накопить новый опыт. Союзники не собирались оставлять побежденной Германии оружия, которое могло бы им угрожать.
Начиная с книги Р. Крюгера «Танки, их возникновение и применение на войне», изданной в самом начале 1920-х годов, утвердилось формула: «Германские танки, дошедшие до родины… постигла, согласно Версальскому договору, печальная участь бесславной гибели в собственном тылу», и эту «участь» одно время распространяли на все A7V. Действительно, оставшиеся на ходу танки в ходе очищения бельгийской территории были эвакуированы в Эрбенхайм, близ Висбадена, куда в конце октября — начале ноября 1918 г. переведен штаб командующего германскими бронечастями.
Здесь их и застало перемирие. После его объявления танковые «штурмовые отделения» были распущены. Танки попали в руки французов, занявших Эрбенхайм 15 декабря 1918 г., согласно условиям перемирия. Они сразу приступили к их разборке и уничтожению — еще до подписания мирного договора. В течение 1919 г. оказались разобраны союзниками A7V с номерами шасси 501, 525, 540, 541, 543, 563, 564.
Как разумно использовал СССР немецкую военную технику после войны
Некоторые A7V, захваченные на фронте, союзники использовали как экспонаты «трофейных» выставок. A7V № 504 «Шнук» и № 528 «Хаген», взятые новозеландской пехотой у Фремикур, выставлены в Лондоне и также пошли на слом после подписания Версальского мирного договора (видимо, в знак «окончательной победы»), а орудийная установка танка № 504 с бронемаской передана в Имперский Военный музей.
В Великобританию было вывезено и одно небронированное шасси A7V(Uberlandwagen), но и оно сохранилось недолго. Участник боя под Виллер-Бретонне танк № 561 «Никсе» был уничтожен германцами задолго до перемирия. Танк № 562 «Геркулес» разобран после боя 31 августа 1918 г. Останки танков № 526 и № 527 «Лотти», ржавевшие у форта Помпель, разобраны на металлолом в 1921 г. Танк № 529 «Никсе-II», подбитый у Реймса и взятый французами, был в июле 1919 г. передан ими американцам и перевезен в США. Там его исследовали на Абердинском полигоне и только в 1942 г. разобрали на металлолом.
Танк № 542 «Эльфриде», как уже указывалось, стал трофеем британцев и марокканцев у Виллер-Бретонне 24 апреля 1918 г., а танк № 560 потерян под Иву 11 октября. Танк «Эльфриде» французы испытали на стрельбище в Бурроне обстрелом из 37-мм пехотных пушек и бронебойными винтовочными пулями, надеясь определить противотанковые возможности оружия пехоты.
В конце 1918 г. его выставили среди других трофеев на площади Конкорд в Париже, а в 1919 г. разобрали на металлолом. В литературе, начиная со знаменитого справочника Хэйгля «Танки», встречаются упоминания о том, что несколько A7V союзные державы передали вместе с бронеавтомобилями «Эрхард» вновь образованному Польскому государству, что более похоже на легенду. Если речь и может идти о передаче A7V, то не танков, а небронированных грузовых шасси, хотя и этому пока не найдено явных свидетельств. Зато известно, что еще одно новообразование — Латвия — получило несколько германских гусеничных машин «Мариен-Ваген II».
Куда делись военные трофеи после войны?
В Германии танки впервые вышли на улицы городов для подавления революционных выступлений в 1919 г. Контрреволюционные фрайкоры («добровольческие корпуса»), кроме тяжелых бронеавтомобилей и трофейных британских танков Mk IV, использовали и два заново изготовленных пулеметных танка на шасси A7V и — по некоторым сведениям — один «оригинальный» A7V.
В ходе уличных боев в Берлине во время революционных событий января 1919 г. части фрайкора поддерживал один пулеметный танк с номером 54. Этот танк собран на шасси A7V уже после перемирия и от «боевых» отличался низкой обтекаемой центральной рубкой с двумя откидными бронеколпаками, наличием четырех дверей в корпусе, наскоро изготовленными вентиляционными решетками, иной установкой пулеметов.
По углам корпуса ставились пулеметы MG.08/15 в подвижных бронеустановках с большим углом горизонтального обстрела, еще по одному пулемету можно было установить в узких передней и задней амбразурах корпуса. Один такой же танк, известный под именем «Хеди» (Hedi), весной того же года доставили в Лейпциг для помощи Добровольческому (ландъегерскему) корпусу генерала Меркера в подавлении революционных выступлений.
Причем вместе с ним в Лейпциг переброшены и два трофейных Mk IV со столь же «ласкательными» именами «Марихен» и «Эрни». Предполагается, что танки № 54 и «Хеди» собраны на заводе «Стеффене унд Ноле» в Берлине-Темпельхофе на основе корпусов, запроектированных ранее для «танков связи».
Есть упоминания о наличии у фрайкора в Берлине «боевого» танка A7V с номером то ли 505, то ли 507, но не «под своим именем» — фрайкоровцы дали танку имя «Император» (применялся ли этот танк фрайкором в боях — неизвестно). С другой стороны, утверждается, что танки № 505 и № 507 разобраны союзниками, что в принципе не исключает их наличия у фрайкора в 1919-м.
Все три машины входили в состав так называемого KOKAMPF (Kommandeur der Kampfwagen, «командования боевых машин») — временного подразделения, возглавляемого капитаном Г. Кёртингом, служившим до того в танковых частях. Во фрайкоре оказались многие первые танкисты рейхсвера. В уличных боях 1919 г. применялись, кстати, и бронированные полугусеничные «Мариен-Ваген II», и трофейные тяжелые Mk IV, и средние Мк А «Уиппет». Союзники против такого применения германских танков не возражали, но после подавления революции все машины были разобраны в соответствии с условиями Версальского договора.
В Германии ни одного танка A7V не сохранилось. Однако танк не забыли. Уже в начале 1930-х годов в Берлинском цейхгаузе (ныне это Немецкий исторический музей) был выставлен деревянный макет A7V в масштабе 1:1. Несмотря на высокую степень детализации, макет был довольно условен.
В частности, он имел по две двери на борт, искаженные размеры амбразур, орудийной установки и т. д., хотя пятнистая камуфляжная окраска была близка к реально применявшейся. Видимо, с учетом условности, танк и имя нес условное — «Хуммель» (Hummel). Этот макет погиб при попадании бомбы в Цейхгауз в 1945 г. — вместе с хранившимся рядом реальным тяжелым бронеавтомобилем «Эрхард» 1919 г.
Тогда же, в 1930-е годы, на территории вновь формируемых танковых частей вермахта поставили памятники с уменьшенными упрощенными макетами A7V в знак «преемственности традиций». Так, у подобного памятника, установленного у казарм 5-го танкового полка в Вюнсдорфе, уже в 1937 г. провели встречу ветеранов 1-го «штурмового отделения» — разумеется, с помпезными атрибутами нацистских «торжеств».
По крайней мере, один небронированный трактор-транспортер A7V находился после войны в экспозиции знаменитого Немецкого музея (музея естествознания и техники) в Мюнхене. Стоит отметить, что опыт Первой мировой войны заставил Германию вплотную заняться гусеничными машинами. Сразу по ее окончании ряд фирм («Ланц», «Бюссинг», «Магирус», «Ганомаг») активно занялся созданием сельскохозяйственных гусеничных тракторов, вскоре начались их испытания и в новом рейхсвере.
Танк A7V № 506, носивший имя «Мефисто», как уже было сказано, стал трофеем австралийской пехоты у Каши. Австралийцы после захвата танка не стали полностью закрашивать чертика с британским танком под мышкой, но в отместку изобразили на борту «Мефисто» британского льва, накрывшего лапой германский A7V, и крупными буквами вывели обозначение 26-го австралийского батальона, взявшего танк, и место захвата.
Танк поначалу перевезли в расположение артиллерийских курсов британского Танкового корпуса, а весной 1919 г. переправили в Австралию. Здесь его в августе того же года установили в музее штата Квинсленд в г. Брисбен — поскольку большинство солдат 26-го батальона было из этого штата.
Австралийцы менее других победителей нуждались в металлоломе, и, видимо, поэтому «Мефисто» избежал участи своих собратьев. Правда, музейный экспонат некомплектен — утеряны многие оригинальные детали и элементы внутреннего интерьера. В 1972 г. он был отреставрирован и приведен в более-менее исконный вид, в 1994-м помещен в стеклянный купол с климат-контролем. Этот единственный оригинальный A7V, сохранившийся до наших дней, послужил образцом при воссоздании танка № 563 «Вотан» для германского танкового музея в г. Мунстер. «Комитет постройки танка A7V» был образован в апреле 1987 г. под председательством бригадного генерала бундесвера Р. Ротенбергера. «Вотан» полностью построили заново и в 1990 г. установили в специальной диораме в память о первых германских танкистах. Достойный пример уважения к своей истории.
Следующая «реплика» танка A7V представлена музеем Королевского Танкового корпуса в Бовингтоне (Англия) в июне 2009 г. Эта самоходная копия построена под руководством британского энтузиаста истории военной техники Р.Б. Гранди с использованием агрегатов шасси двух тракторов «Форд». Корпус собран из деревянных панелей на стальном каркасе. Копия несет имя и тактические значки A7V № 504 «Шнук».
Источник: arsenal-info.ru
Куда делись немецкие танки после войны
Подписав Акт о безоговорочной капитуляции, германское командование обязалось передать своим противникам всю наличествовавшую военную технику в исправном состоянии. К слову, этой техники в мае 1945 года оставалось не так уж и много.
Танки
Во время войны трофейная бронетехника вермахта ограниченно использовалась в боевых целях армиями его противников, особенно Красной Армией. Ещё в декабре 1941 года в составе Автобронетанкового Управления РККА создали Отдел по эвакуации и сбору трофеев. А в феврале 1943 года стали создаваться специальные трофейные бригады для сбора и вывоза всякого захваченного имущества. Они подчинялись образованному в апреле 1943 году Трофейному комитету ГКО во главе с маршалом Ворошиловым. Всего за время войны и после неё трофейные бригады собрали более 24 тысяч немецких танков и штурмовых орудий.
Часть немецких танков и бронемашин доставалась советским войскам в исправном состоянии или могла использоваться после небольшого ремонта. Однако их боевое применение было ограниченным. Сказывалось отсутствие собственной ремонтной базы для вражеской техники и недостаток боеприпасов нужного калибра.
Ближе к концу войны большинство захваченной техники составляли новые модификации. Они были очень сложны в эксплуатации для неподготовленных к ним советских экипажей. Боевое применение трофейных танков «Тигр» и «Пантера» было единичным и, как правило, очень коротким по времени после их захвата. Тем не менее, такие случаи имели место.
В конце войны Германия производила только танки «Тигр», «Королевский тигр» и «Пантера». Их производство было ограниченным. Так, «Королевских тигров» было выпущено менее пятисот штук, а «Тигров» – чуть более полутора тысяч. Почти все они были выбиты ещё зимой 1944/45 г. в Арденнах и в марте 1945 г. при немецком наступлении у озера Балатон. Множество немецкой техники было уничтожено во время уличных боёв в Берлине и Кёнигсберге.
Тем не менее, по окончании войны в распоряжении Красной Армии находилось некоторое количество трофейных немецких танков, особенно «Пантер», коих немцы изготовили более 5000. В июне 1945 года в советских войсках насчитывалось 307 «Пантер», однако исправных среди них числилось всего 111. Спустя месяц, после сортировки и отбраковки части машин, «Пантер» на ходу осталось 63, ещё 83 штуки требовали ремонта.
На вооружении Советской Армии после войны немецкие трофеи не состояли. Они использовались в основном как мишени на учебных стрельбах и испытаниях, реже как тягачи и учебные машины. По мере их износа они не ремонтировались, а списывались и шли в переплавку. К концу 1946 года немецкой трофейной бронетехники в Советской Армии не осталось.
В странах – союзниках СССР по Восточному блоку жизнь немецких танков оказалась более долгой. Так, на вооружение армии Чехословакии поступили 167 немецких танков (в том числе 65 «Пантер»). Поскольку в Чехословакии располагались танковые заводы бывшего Рейха, там эти танки состояли на вооружении до 1955 года. 15 «Пантер» до начала 50-х гг. имелось в армии Болгарии.
Со списанных после этого танков сняли башни и установили в качестве дотов вдоль границы с Турцией. В Румынии до конца 40-х гг. использовались 13 «Пантер».
Больше полусотни трофейных «Пантер» до 1950 года состояло на вооружении Франции. Единичные экземпляры большинства моделей немецкой бронетехники имеются во многих музеях мира, в том числе в подмосковной Кубинке.
Самолёты
Самолёты довольно редко попадают в исправном состоянии в руки противника. А к концу войны почти все немецкие самолёты была выбиты в боях. Исключение составляла новейшая реактивная авиация, за которой буквально охотились представители союзных держав. Им было важно как можно скорее наладить выпуск такого оружия у себя для Третьей мировой войны.
Большое значение имел двухмоторный реактивный немецкий истребитель Ме-262. К маю 1945 года у немцев было больше тысячи таких машин. После войны они широко использовались в ряде стран мира. Так, до середины 50-х гг. они состояли на вооружении Чехословакии и франкистской Испании (которая купила их у Великобритании и США). В Чехословакии, где располагались основные производственные мощности Рейха для этих самолётов, после войны продолжался их выпуск для собственных вооруженных сил.
В СССР на базе Ме-262 сразу после войны был разработан истребитель Су-9, который, однако, не пошёл в серию из-за наличия других, более перспективных самолётов Як-15 и МиГ-9, созданных, однако, с использованием некоторых трофейных проектных наработок немцев.
Ещё один самолёт – истребитель-перехватчик с ракетным двигателем Ме-163 – тоже в довольно большом количестве достался союзникам. В СССР, США, Англии, Франции производились его испытания. В их результате военные и авиаконструкторы этих стран отказались от использования ракетных двигателей на самолётах.
Последняя германская армия
Далеко не сразу после капитуляции вся немецкая военная техника перешла в руки победителей. На севере Германии, в Шлезвиг-Гольштейне, до 23 мая в британской зоне функционировало последнее правительство Третьего рейха во главе с гросс-адмиралом Дёницем. Там же англичане держали в интернированном состоянии, при полном вооружении, включая танки, несколько дивизий вермахта.
По плану войны с Советским Союзом «Немыслимое», одобренному британским премьером Черчиллем 22 мая 1945 года, предусматривалось использование этих немецких дивизий (в количестве 10-12) в Третьей мировой войне против СССР. После ареста, по настоянию СССР и США, правительства Дёница, в июне 1945 года англичане были вынуждены разоружить эти дивизии и обратить их технику в трофеи.
Источник: russian7.ru
Что в СССР сделали с немецкими трофейными танками и самолетами после войны?
К маю 1945 г., когда капитулировала гитлеровская Германия, в распоряжении нацистского вермахта и люфтваффе сохранилось достаточно значительное количество танков и самолётов, которые вскоре были поделены между союзниками.
Насколько в Советском Союзе оказалась востребованной немецкая бронетехника и что с ней в итоге сделали? Обо всём по порядку!
Что сделали с немецкими танками?
Так как на Восточном фронте немцы массово использовали средние танки Panzer IV и «Пантера», неудивительно, что в значительной степени именно они оказались у Советского Союза после разгрома Рейха.
Непосредственно в СССР практического применения им не нашлось. Небольшая их часть была отправлена в музеи, остальные же танки были либо переданы союзникам по социалистическому лагерю (например, Румыния и Чехословакия), либо отправлены на переплавку.
Больше всего «Панцеров» и «Пантер» получила Чехословакия, на территории которой располагались основные танковые заводы германского Рейха во время войны. В скором времени чехи отремонтировали танки и стали использовать их у себя в армии вплоть до конца 1950-х гг.
Помимо этого, «Панцеры» под чешской маркой поставлялись в дружественные страны Ближнего Востока, в частности, в Сирию и Ирак. Из всех немецких танков, именно «Панцеры» оказались самыми долговечными, поскольку они использовались и во время Суэцкого кризиса 1956 г. и в ходе Шестидневной войны 1967 г.
В годы Второй Мировой войны немецкими конструкторами было выпущено чуть меньше полутора тысяч тяжёлых танков «Тигр» и менее 500 «Королевских Тигров». Так как основная их часть была уничтожена на Западном и Восточном фронтах, то у Советского Союза после войны осталось менее одного десятка образцов.
Поскольку немецкие «Тигры» были достаточно сложны в управлении, надобности в их дальнейшем боевом использовании не было.
Первоначально их использовали в качестве мишеней на полигонах, а затем их отправили на переплавку. «Тигр» и «Королевский Тигр» (по одному танку) сегодня выставлены в бронетанковом музее в Кубинке, а также один образец «Тигра» выставлен в Ленино-Снегирёвском военно-историческом музее.
Что сделали с немецкими самолётами?
Немецкие военно-воздушные силы были практически полностью уничтожены во время Второй Мировой войны. Оставшиеся истребители и бомбардировщики не представляли интереса для СССР, поэтому было решено отправить их на переплавку.
Однако новейшие реактивные истребители Ме-262 и Ме-163, которые разгонялись до 800 км/ч, смогли сохраниться, поскольку они нечасто использовались во время воздушных операций.
Так же как и «Панцеры», истребители Ме-262 использовались военно-воздушными силами Чехословакии, поскольку промышленные возможности позволяли чехам их эксплуатировать до 1960-х гг.
В СССР ни Ме-262, ни Ме-163 не использовались в боевых целях. Некоторые образцы «Кометов» проходили испытания на авиационных конструкторских бюро СССР с целью изучения поведения самолёта в воздухе, а также особенностей посадки на разных скоростях. В дальнейшей перспективе все они были отправлены на переплавку.
Источник: pulse.mail.ru
Что стало с трофейным немецким вооружением после войны
Эту статью могут комментировать только участники сообщества.
Вы можете вступить в сообщество одним кликом по кнопке справа.
Рашит Харрасов перепечатал из stalinline.ru 12 мая 2019, 11:43
7 оценок, 2754 просмотра Обсудить (12)
Склад трофейного немецкого стрелкового оружия.
Склад трофейного немецкого стрелкового оружия
ТРОФЕИ ВСЕГДА БЫЛИ НЕОТЪЕМЛЕМОЙ ЧАСТЬЮ ВОЙН, И ВТОРАЯ МИРОВАЯ В ЭТОМ ПЛАНЕ НЕ СТАЛА ИСКЛЮЧЕНИЕМ. ПОСЛЕ ПОДПИСАНИЯ АКТА О КАПИТУЛЯЦИИ ГЕРМАНИЯ ОБЯЗАЛАСЬ ВЫДАВАТЬ СССР ТЫСЯЧИ ЕДИНИЦ ИСПРАВНОЙ ВОЕННОЙ ТЕХНИКИ. ИНТЕРЕСНО УЗНАТЬ, ЧТО СТАЛО С ЛЕГЕНДАРНЫМИ НЕМЕЦКИМИ ТАНКАМИ, САМОЛЕТАМИ И ОРУЖИЕМ ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ ВОЙНЫ.
После вступления Красной Армии на территорию Германии специальным приказом НКО советским солдатам разрешалось раз в месяц отправлять на родину личные посылки с трофейными немецкими вещами. Предметы выбирались по личному усмотрению красноармейцев, но особое предпочтение отдавалось алкоголю, табаку, лекарствам (стрептомицину и пенициллину) и личным вещам: кинжалам, часам и антиквариату. Все это можно было приобрести на, так называемых, «черных рынках», которых на территории Германии к концу войны было большое количество.
Трофейный кинжал СС.
Груда немецких трофеев.
За это советское руководство платило неплохие на то время деньги. Например, за сдачу немецкого шлема полагалась премия в размере трех рублей. В зависимости от количества и ценности вооружения и боевой амуниции платили соответственно больше. По информации Novate.ru, оружие, в которых нуждался фронт (бронетехника, противотанковые гранатометы) направлялось в распоряжение действующих частей.
По понятным причинам предпочтение отдавалось тяжелой военной технике. Только лишь одних немецких танков во время войны и после нее было собрано несколько сотен единиц. Большинство бронетехники транспортировалось на советские базы в исправном состоянии, и подвергались дальнейшей переработке — страна нуждалась в стали. Использование тех же «Пантер» или «Тигров» в бою было нецелесообразно из-за отсутствия должной технической базы. После окончания войны немецкие танки не стояли на советском вооружении, а часто применялись в качестве мишеней во время учений.
Рота трофейных немецких танков Pz.Kpfw. V «Пантера».
Что касается авиации, то здесь положение обстояло по-другому. Самолеты очень редко доходили в руки СССР в исправном состоянии и не представляли особой ценности. Исключением стала немецкая реактивная авиация. Так, за истребителем Ме-262 многие страны буквально охотились, желая заполучить ценный трофей. До 1950-х годов эти самолеты стояли на вооружении Испании.
В СССР на базе Ме-262 был разработан истребитель Су-9.
Трофейный немецкий самолет.
Не забывали в Красной Армии и о стрелковом оружии. Исправные немецкие винтовки и автоматы доставлялись на склады. Если после тщательного осмотра устанавливалось, что оружие не подлежит ремонту, оно утилизировалась. Оружие считалось личной вещью, поэтому советские солдаты предпочитали отечественные винтовки, с которыми они прошли всю войну.
Но не стоит думать, что после окончания войны все военные трофеи щедро раздавались союзникам. Тщательно скрывавшаяся операция «Немыслимое» предполагала новый возможный военный конфликт между странами-союзниками, и здесь лишнее оружие могло очень сильно пригодиться. Но время шло, страсти поутихли и постепенно трофейная немецкая техника и оружие было частично продано, частично раздарено Советским Союзом многим странам Азии, Африки и Южной Америки.
Источник: maxpark.com