На охоте
В лесу Емеля был как дома. Да и как ему не знать этого леса, когда он целую жизнь бродит по нему с ружьем. Все тропы, все приметы — все знал старик на сто верст кругом. А теперь, в конце июня, в лесу особенно хорошо: трава красиво пестрела распустившимися цветами, в воздухе стоял чудный аромат душистых трав, а с неба глядело ласковое летнее солнышко, обливавшее ярким светом лес, и траву, и журчавшую в осоке речку, и далекие горы.
Да, чудно, хорошо было кругом, и Емеля не раз останавливался, чтобы перевести дух и оглянуться назад.
Охотник внимательно осматривал все кругом: нет ли где какого-нибудь следа, не сломал ли олень рогами ветки, не отпечаталось ли на мху раздвоенное копыто, не объедена ли трава на кочках.
Три дня бродил Емеля с Лыском по лесу, и все напрасно: оленя не попадалось. Старик чувствовал, что выбивается из сил, но вернуться с пустыми руками не решался. Лыско тоже приуныл и совсем отощал.
Пришлось заночевать в лесу третью ночь. Во сне старик долго выслеживал свою добычу, прицеливался, но олень каждый раз убегал у него из-под носа. Лыско тоже, вероятно, бредил оленями, потому что несколько раз взвизгивал и принимался глухо лаять.
У оленя дом большой | Супер Даша. Песни для детей со словами
Только на четвертый день, когда охотник и собака совсем выбились из сил, они совершенно случайно напали на след оленя. Это было в густой еловой заросли. Прежде всего Лыско отыскал место, где ночевал олень, а потом разнюхал и запутанный след.
Послышался знакомый треск и шорох — Лыско упал в траву и не шевелился. Это был великолепный олень-самка, вышедший навстречу охотнику и пугливо смотревший в его сторону. Кучка жужжавших насекомых кружила над оленем, заставляя его вздрагивать.
Олень давно почуял охотника, но смело следил за его движениями. «Это матка меня от теленка отводит», — думал Емеля, подползая все ближе и ближе. Когда старик хотел прицелиться в оленя, он осторожно перебежал несколько сажен далее и снова остановился.
Опять медленное подкрадывание — опять олень скрылся, как только Емеля хотел стрелять.
Эта борьба человека с животным продолжалась до самого вечера. Благородное животное десять раз рисковало жизнью, стараясь отвести охотника от олененка, спрятавшегося где-то рядом. Лыско, как тень, ползал за хозяином и, когда тот совсем потерял оленя из виду, осторожно ткнул его своим носом.
Старик оглянулся: в десяти саженях от него, под кустом жимолости, стоял желтенький теленок. Это был прехорошенький олененок с желтым пушком и тоненькими ножками.
Красивая головка была откинута назад, и он вытягивал шею, когда старался захватить веточку. Охотник с замирающим сердцем взвел курок ружья и прицелился в голову маленькому беззащитному животному.
Пройдет еще мгновенье — маленький олененок покатится по траве с жалобным предсмертным криком. Но именно в ото мгновенье старый охотник припомнил, с каким героизмом защищала теленка его мать. Точно что оборвалось в груди старика, и он опустил ружье.
Олененок по-прежнему хсдпл около куста, ощипывая листочки и прислушиваясь к малейшему шороху. Емеля быстро поднялся и свистнул — маленькое животное скрылось в кустах с быстротой молнии. Старик долго стоял на месте и улыбался, припоминая бегуна. (475)
НАШЁЛ ХИЖИНУ ОХОТНИКОВ В ЗИМНЕМ ЛЕСУ И ТУТ ПРИШЛИ ОНИ…
По Д. И. М vi.ni и ну-Сибиряку
Источник: scicenter.online
В лесу охотник был как дома
Стояли последние дни июня месяца, самое жаркое время в Тычках. Дома оставались только старые да малые. Охотники давно разбрелись по лесу за оленями. В избушке Емели бедный Лыско уже третий день завывал от голода, как волк зимой. — Видно, Емеля на охоту собрался, — говорили в деревне бабы. Это была правда.
Действительно, Емеля скоро вышел из своей избушки с кремневой винтовкой в руке, отвязал Лыска и направился к лесу. На нем были новые лапти, котомка с хлебом за плечами, рваный кафтан и теплая оленья шапка на голове.
Старик давно уже не носил шляпы, а зиму и лето ходил в своей оленьей шапке, которая отлично защищала его лысую голову от зимнего холода и от летнего зноя. — Ну, Гришук, поправляйся без меня. — говорил Емеля внуку на прощание. — За тобой приглядит старуха Маланья, пока я за теленком схожу. — А принесешь теленка-то, дедко? — Принесу, сказал. — Желтенького? — Желтенького. — Ну, я буду тебя ждать. Смотри, не промахнись, когда стрелять будешь.
Емеля давно собирался за оленями, да все жалел бросить внука одного, а теперь ему было как будто лучше, и старик решился попытать счастья. Да и старая Маланья поглядит за мальчонком, — все же лучше, чем лежать одному в избушке. В лесу Емеля был как дома. Да и как ему не знать этого леса, когда он целую жизнь бродил по нем с ружьем да с собакой.
Все тропы, все приметы — все знал старик на сто верст кругом. А теперь, в конце июня, в лесу было особенно хорошо: трава красиво пестрела распустившимися цветами, в воздухе стоял чудный аромат душистых трав, а с неба глядело ласковое летнее солнышко, обливавшее ярким светом и лес, и траву, и журчавшую в осоке речку, и далекие горы.
Да, чудно и хорошо было кругом, и Емеля не раз останавливался, чтобы перевести дух и оглянуться назад. Тропинка, по которой он шел, змейкой взбиралась на гору, минуя большие камни и крутые уступы. Крупный лес был вырублен, а около дороги ютились молодые березки, кусты жимолости, и зеленым шатром раскидывалась рябина.
Там и сям попадались густые перелески из молодого ельника, который зеленой щеткой вставал по сторонам дороги и весело топорщился лапистыми и мохнатыми ветвями. В одном месте, с половины горы, открывался широкий вид на далекие горы и на Тычки. Деревушка совсем спряталась на дне глубокой горной котловины, и крестьянские избы казались отсюда черными точками.
Емеля, заслонив глаза от солнца, долго глядел на свою избушку и думал о внучке. — Ну, Лыско, ищи. — говорил Емеля, когда они спустились с горы и повернули с тропы в сплошной дремучий ельник. Лыску не нужно было повторять приказание. Он отлично знал свое дело и, уткнув свою острую морду в землю, исчез в густой зеленой чаще. Только на время мелькнула его спина с желтыми пятнами.
Охота началась. Громадные ели поднимались высоко к небу своими острыми вершинами. Мохнатые ветви переплетались между собой, образуя над головой охотника непроницаемый темный свод, сквозь который только кое-где весело глянет солнечный луч и золотым пятном обожжет желтоватый мох или широкий лист папоротника.
Трава в таком лесу не растет, и Емеля шел по мягкому желтоватому мху, как по ковру. Несколько часов брел охотник по этому лесу. Лыско точно в воду канул. Только изредка хрустнет ветка под ногой или перелетит пестрый дятел.
Емеля внимательно осматривал все кругом: нет ли где какого-нибудь следа, не сломал ли олень рогами ветки, не отпечаталось ли на мху раздвоенное копыто, не объедена ли трава на кочках. Начало темнеть. Старик почувствовал усталость. Нужно было думать о ночлеге. «Вероятно, оленей распугали другие охотники», — думал Емеля. Но вот послышался слабый визг Лыска, и впереди затрещали ветви.
Емеля прислонился к стволу ели и ждал. Это был олень. Настоящий десятирогий красавец олень, самое благородное из лесных животных. Вон он приложил свои ветвистые рога к самой спине и внимательно слушает, обнюхивая воздух, чтобы в следующую минуту молнией пропасть в зеленой чаще. Старый Емеля завидел оленя, но он слишком далеко от него: не достать его пулей.
Лыско лежит в чаще и не смеет дохнуть в ожидании выстрела; он слышит оленя, чувствует его запах. Вот грянул выстрел, и олень, как стрела, понесся вперед. Емеля промахнулся, а Лыско взвыл от забиравшего его голода. Бедная собака уже чувствовала запах жареной оленины, видела аппетитную кость, которую ей бросит хозяин, а вместо этого приходится ложиться спать с голодным брюхом.
Очень скверная история. — Ну, пусть его погуляет, — рассуждал вслух Емеля, когда вечером сидел у огонька под густой столетней елью. — Нам надо теленочка добывать, Лыско. Слышишь? Собака только жалобно виляла хвостом, положив острую морду между передними лапами. На ее долю сегодня едва выпала одна сухая корочка, которую Емеля бросил ей.
Источник: ilibrary.ru
В лесу охотник был как дома
Тип 6 № 19847
Анализ содержания текста
В каком варианте ответа содержится информация, необходимая для обоснования ответа на вопрос: «Почему Емеля-охотник не убил оленёнка, хотя намеревался это сделать?»
1) Оленёнок был ещё совсем маленький, «всего несколько недель», поэтому Емеля-охотник решил его не убивать и дать подрасти.
2) Залаяв, Лыско спугнул оленёнка: «маленькое животное тут же скрылось в кустах с быстротой молнии», и Емеля-охотник не успел в него выстрелить.
3) Емеля-охотник не убил оленёнка, потому что его остановила материнская любовь — бескорыстное, очень сильное, способное на самопожертвование чувство.
4) Пока Емеля-охотник, глядя на оленёнка, вспоминал о своей дочери, которая подобно матери-оленихи ценой собственной жизни пыталась спасти своего сына, малыш убежал в чащу леса.
5) Емеля-охотник не убил оленёнка, потому что закончились патроны.
(1)Лес Емеля знал очень хорошо. (2)Он был там как дома. (3)Да и как ему не знать леса, когда он целую жизнь бродил по нему с ружьём да с собакой. (4)Все тропы, все приметы — всё знал старик на сто вёрст кругом.
(5)Теперь, в конце июня, в лесу было особенно хорошо: трава красиво пестрела распустившимися цветами, в воздухе стоял чудный аромат душистых трав, а с неба глядело ласковое летнее солнышко. (6)Оно обливало ярким светом и лес, и траву, и речку, журчавшую в осоке, и далёкие горы.
(7) Чудно, хорошо было кругом, и Емеля не раз останавливался, чтобы перевести дух и оглянуться назад.
(8) Охотник внимательно осматривал всё кругом: нет ли где какого-нибудь следа, не сломал ли олень рогами ветки, не отпечаталось ли на мху раздвоенное копыто, не объедена ли трава на кочках.
(9) Три дня бродил Емеля с собакой по лесу, и всё напрасно: оленя не попадалось. (Ю)Старик чувствовал, что выбивается из сил, но вернуться домой с пустыми руками не решался. (11)Пёс Лыско, его верный помощник, тоже приуныл и совсем отощал.
(12)Только на четвёртый день, когда и охотник и собака совсем выбились из сил, они совершенно случайно напали на след оленя. (13)Это было в густой еловой заросли на скате горы. (14)Прежде всего Лыско отыскал место, где ночевал олень, а потом разнюхал и запутанный след в траве.
(15)«Матка с телёнком, — думал Емеля, разглядывая на траве следы больших и маленьких копыт. — (16)Сегодня утром были здесь. (17)Лыско, ищи, голубчик. »
(18)День был знойный. (19)Солнце палило нещадно. (20)Собака обнюхивала кусты и траву с высунутым языком; Емеля едва таскал ноги. (21)Но вот послышался знакомый треск и шорох. (22)Лыско тут же упал на траву и не шевелился. (23)Это был великолепный олень-самка, вышедший навстречу охотнику и пугливо смотревший в его сторону. (24)Кучка жужжавших насекомых кружилась над оленем и заставляла его вздрагивать.
(25) Олень давно почуял охотника, но смело следил за его движениями.
(26) «Это матка меня от телёнка отводит», — думал Емеля, подползая все ближе и ближе.
(27) Когда старик хотел прицелиться в оленя, тот осторожно перебежал несколько сажен далее и опять остановился. (28)Емеля снова пополз со своей винтовкой, а Лыско притаился. (29)Опять медленное подкрадывание, и опять олень скрылся, как только Емеля хотел стрелять.
(30) -Не уйдёшь от телёнка, — шептал Емеля, терпеливо выслеживая зверя в течение нескольких часов.
(31) Эта борьба человека с животным продолжалась до самого вечера. (32)Благородное животное десять раз рисковало жизнью, стараясь отвести охотника от своего оленёнка, спрятавшегося где-то рядом. (ЗЗ)Старый Емеля и сердился и удивлялся смелости своей жертвы, которая всячески старалась сбить с толку человека. (34)Ведь всё равно она не уйдёт от него.
(35)Лыско, как тень, ползал за хозяином, и, когда тот совсем потерял оленя из виду, осторожно ткнул его своим горячим носом. (Зб)Старик оглянулся: в десяти саженях от него, под кустом жимолости, стоял тот самый жёлтенький телёнок, за которым он бродил целых три дня. (37)Это был прехорошенький оленёнок, всего нескольких недель, с жёлтым пушком и тоненькими ножками. (38)Красивая головка была откинута назад, и он вытягивал тонкую шею вперёд, когда старался захватить веточку повыше.
(39) Когда наступила подходящая минута, охотник с замирающим сердцем взвёл курок винтовки и прицелился, чтобы выстрелить в голову маленькому, беззащитному животному.
(40) Ещё одно мгновение, и маленький оленёнок покатился бы по траве с жалобным предсмертным криком. (41)Но именно в это мгновение старый охотник припомнил, с каким героизмом защищала телёнка мать-олениха и как она старалась увести человека подальше от него. (42)Емеля вспомнил, как и его собственная дочь закрывала собой своего сына, его внука Гришутку, чтобы спасти от напавших на них волков. (43)Она погибла, защищая своего ребёнка. (44)Гришутка остался жив.
(45)Точно что-то оборвалось в груди у старика, и он опустил ружьё. (46)Оленёнок по-прежнему ходил около куста, общипывая листочки и прислушиваясь к малейшему шороху. (47)Емеля быстро поднялся и громко свистнул. (48)Маленькое животное тут же скрылось в кустах с быстротой молнии.
(49)— Ишь какой бегун. — говорил старик, задумчиво улыбаясь. — (50)Только его и видел: как стрела. (51)Ведь убежал, Лыско, наш оленёнок-то? (52)Ну, ему, бегуну, еще надо подрасти. (53)Ах ты, какой шустрый.
(54)Старик долго стоял на одном месте и улыбался, припоминая бегуна.
(1)Лес Емеля знал очень хорошо. (2)Он был там как дома. (3)Да и как ему не знать леса, когда он целую жизнь бродил по нему с ружьём да с собакой. (4)Все тропы, все приметы — всё знал старик на сто вёрст кругом.
(5)Теперь, в конце июня, в лесу было особенно хорошо: трава красиво пестрела распустившимися цветами, в воздухе стоял чудный аромат душистых трав, а с неба глядело ласковое летнее солнышко. (6)Оно обливало ярким светом и лес, и траву, и речку, журчавшую в осоке, и далёкие горы.
(7) Чудно, хорошо было кругом, и Емеля не раз останавливался, чтобы перевести дух и оглянуться назад.
(8) Охотник внимательно осматривал всё кругом: нет ли где какого-нибудь следа, не сломал ли олень рогами ветки, не отпечаталось ли на мху раздвоенное копыто, не объедена ли трава на кочках.
(9) Три дня бродил Емеля с собакой по лесу, и всё напрасно: оленя не попадалось. (Ю)Старик чувствовал, что выбивается из сил, но вернуться домой с пустыми руками не решался. (11)Пёс Лыско, его верный помощник, тоже приуныл и совсем отощал.
(12)Только на четвёртый день, когда и охотник и собака совсем выбились из сил, они совершенно случайно напали на след оленя. (13)Это было в густой еловой заросли на скате горы. (14)Прежде всего Лыско отыскал место, где ночевал олень, а потом разнюхал и запутанный след в траве.
(15)«Матка с телёнком, — думал Емеля, разглядывая на траве следы больших и маленьких копыт. — (16)Сегодня утром были здесь. (17)Лыско, ищи, голубчик. »
(18)День был знойный. (19)Солнце палило нещадно. (20)Собака обнюхивала кусты и траву с высунутым языком; Емеля едва таскал ноги. (21)Но вот послышался знакомый треск и шорох. (22)Лыско тут же упал на траву и не шевелился. (23)Это был великолепный олень-самка, вышедший навстречу охотнику и пугливо смотревший в его сторону. (24)Кучка жужжавших насекомых кружилась над оленем и заставляла его вздрагивать.
(25) Олень давно почуял охотника, но смело следил за его движениями.
(26) «Это матка меня от телёнка отводит», — думал Емеля, подползая все ближе и ближе.
(27) Когда старик хотел прицелиться в оленя, тот осторожно перебежал несколько сажен далее и опять остановился. (28)Емеля снова пополз со своей винтовкой, а Лыско притаился. (29)Опять медленное подкрадывание, и опять олень скрылся, как только Емеля хотел стрелять.
(30) -Не уйдёшь от телёнка, — шептал Емеля, терпеливо выслеживая зверя в течение нескольких часов.
(31) Эта борьба человека с животным продолжалась до самого вечера. (32)Благородное животное десять раз рисковало жизнью, стараясь отвести охотника от своего оленёнка, спрятавшегося где-то рядом. (ЗЗ)Старый Емеля и сердился и удивлялся смелости своей жертвы, которая всячески старалась сбить с толку человека. (34)Ведь всё равно она не уйдёт от него.
(35)Лыско, как тень, ползал за хозяином, и, когда тот совсем потерял оленя из виду, осторожно ткнул его своим горячим носом. (Зб)Старик оглянулся: в десяти саженях от него, под кустом жимолости, стоял тот самый жёлтенький телёнок, за которым он бродил целых три дня. (37)Это был прехорошенький оленёнок, всего нескольких недель, с жёлтым пушком и тоненькими ножками. (38)Красивая головка была откинута назад, и он вытягивал тонкую шею вперёд, когда старался захватить веточку повыше.
(39) Когда наступила подходящая минута, охотник с замирающим сердцем взвёл курок винтовки и прицелился, чтобы выстрелить в голову маленькому, беззащитному животному.
(40) Ещё одно мгновение, и маленький оленёнок покатился бы по траве с жалобным предсмертным криком. (41)Но именно в это мгновение старый охотник припомнил, с каким героизмом защищала телёнка мать-олениха и как она старалась увести человека подальше от него. (42)Емеля вспомнил, как и его собственная дочь закрывала собой своего сына, его внука Гришутку, чтобы спасти от напавших на них волков. (43)Она погибла, защищая своего ребёнка. (44)Гришутка остался жив.
(45)Точно что-то оборвалось в груди у старика, и он опустил ружьё. (46)Оленёнок по-прежнему ходил около куста, общипывая листочки и прислушиваясь к малейшему шороху. (47)Емеля быстро поднялся и громко свистнул. (48)Маленькое животное тут же скрылось в кустах с быстротой молнии.
(49)— Ишь какой бегун. — говорил старик, задумчиво улыбаясь. — (50)Только его и видел: как стрела. (51)Ведь убежал, Лыско, наш оленёнок-то? (52)Ну, ему, бегуну, еще надо подрасти. (53)Ах ты, какой шустрый.
(54)Старик долго стоял на одном месте и улыбался, припоминая бегуна.
Источник: rus-oge.sdamgia.ru
Дано изложение нужно .Напишите его сжато .Пожалуйста помогите ! завтра экзамен. В лесу Емеля был как дома. Да и как ему не знать
Дано изложение нужно .Напишите его сжато .Пожалуйста помогите ! завтра экзамен.
В лесу Емеля был как дома. Да и как ему не знать этого леса, когда он целую жизнь бродит по нему с ружьём. Все тропы, все приметы – всё знал старик на сто вёрст кругом. А теперь, в конце июня, в лесу особенно хорошо: трава красиво пестрела распустившимися цветами, в воздухе стоял чудный аромат душистых трав, а с неба глядело ласковое летнее солнышко, обливавшее ярким светом лес, и траву, и журчавшую в осоке речку, и далёкие горы. Да, чудно, хорошо было кругом, и Емеля не раз останавливался, чтобы перевести дух и оглянуться назад.
Охотник внимательно осматривал всё кругом: нет ли где какого-нибудь следа, не сломал ли олень рогами ветки, не отпечаталось ли на мху раздвоенное копыто, не объедена ли трава на кочках.
Три дня бродил Емеля с Лыском по лесу, и всё напрасно: оленя не попадалось. Старик чувствовал, что выбивается из сил, но вернуться с пустыми руками не решался. Лыско тоже приуныл и совсем отощал.
Пришлось заночевать в лесу третью ночь. Во сне старик долго выслеживал свою добычу, прицеливался, но олень каждый раз убегал у него из-под носа. Лыско тоже, вероятно, бредил оленями, потому что несколько раз взвизгивал и принимался глухо лаять.
Только на четвёртый день, когда охотник и собака совсем выбились из сил, они совершенно случайно напали на след оленя. Это было в густой еловой заросли. Прежде всего Лыско отыскал место, где ночевал олень, а потом разнюхал и запутанный след.
Послышался знакомый треск и шорох – Лыско упал в траву и не шевелился. Это был великолепный олень-самка, вышедший навстречу охотнику и пугливо смотревший в его сторону. Кучка жужжавших насекомых кружила над оленем, заставляя его вздрагивать.
Олень давно почуял охотника, но смело следил за его движениями. «Это матка меня от телёнка отводит»,- думал Емеля, подползая всё ближе и ближе. Когда старик хотел прицелиться в оленя, он осторожно перебежал несколько сажен далее и снова остановился. Опять медленное подкрадывание – опять олень скрылся, как только Емеля хотел стрелять.
Эта борьба человека с животным продолжалась до самого вечера. Благородное животное десять раз рисковало жизнью, стараясь отвести охотника от оленёнка, спрятавшегося где-то рядом. Лыско, как тень, ползал за хозяином и, когда тот совсем потерял оленя из виду, осторожно ткнул его своим носом.
Старик оглянулся: в десяти саженях от него, под кустом жимолости, стоял жёлтенький телёнок. Это был прехорошенький оленёнок с жёлтым пушком и тоненькими ножками.
Красивая головка была откинута назад, и он вытягивал шею, когда старался захватить веточку. Охотник с замирающим сердцем взвёл курок ружья и прицелился в голову маленькому беззащитному животному.
Пройдёт ещё мгновение – маленький оленёнок покатится по траве с жалобным предсмертным криком. Но именно в это мгновенье старый охотник припомнил, с каким героизмом защищала телёнка его мать. Точно что оборвалось в груди старика, и он опустил ружьё.
Оленёнок по-прежнему ходил около куста, ощипывая листочки и прислушиваясь к малейшему шороху. Емеля быстро поднялся и свистнул – маленькое животное скрылось в кустах с быстротой молнии. Старик долго стоял на месте и улыбался, припоминая бегуна
Источник: otvet.ya.guru
На охоте
Лес Емеля знал очень хорошо, он был там как дома. Да и как ему не знать этого леса, когда он целую жизнь бродит по нему с ружьем. Все тропы, все приметы — все знал старик на сто верст кругом.
А теперь, в конце июня, в лесу особенно хорошо: трава красиво пестрела распустившимися цветами, в воздухе стоял чудный аромат душистых трав, а с неба глядело ласковое летнее солнышко, обливавшее ярким светом лес, и траву, и журчавшую в осоке речку, и далекие горы. Да, чудно, хорошо было кругом, и Емеля не раз останавливался, чтобы перевести дух и оглянуться назад.
Охотник внимательно осматривал все кругом: нет ли где ка-кого-нибудь следа, не сломал ли олень рогами ветки, не отпечаталось ли на мху раздвоенное копыто, не объедена ли трава на кочках. Три дня бродил Емеля с собакой по лесу, и все напрасно: оленя не попадалось. Старик чувствовал, что выбивается из сил, но вернуться с пустыми руками не решался.
Его друг Лыско тоже приуныл и совсем отощал. Только на четвертый день, когда охотник и собака совсем выбились из сил, они совершенно случайно напали на след оленя. Это было в густой еловой заросли. Прежде всего Лыско отыскал место, где ночевал олень, а потом разнюхал и запутанный след. Послышался знакомый треск и шорох.
Лыско тут же упал в траву и не шевелился. Это был великолепный олень, вышедший навстречу охотнику и пугливо смотревший в его сторону. Кучка жужжавших насекомых кружила над оленем, заставляя его вздрагивать. Олень давно почуял охотника, но смело следил за его движениями. «Это матка меня от теленка отводит», — думал Емеля, подползая все ближе и ближе.
Когда старик хотел прицелиться в оленя, зверь осторожно перебежал несколько сажен далее и снова остановился. Опять медленное подкрадывание — опять олень скрылся, как только Емеля хотел стрелять. Эта борьба человека с животным продолжалась до самого вечера.
Благородное животное десять раз рисковало жизнью, стараясь отвести охотника от своего олененка, спрятавшегося гдето рядом. Лыско, как тень, ползал за хозяином и, когда тот совсем потерял оленя из виду, осторожно ткнул его своим носом. Старик оглянулся: в десяти саженях от него, под кустом жимолости, стоял желтенький теленок.
Это был прехорошенький олененок с желтым пушком и тоненькими ножками. Красивая головка была откинута назад, и он вытягивал шею, когда старался захватить веточку. Охотник с замирающим сердцем взвел курок ружья и прицелился в голову маленькому беззащитному животному. Пройдет еще мгновенье — маленький олененок покатится по траве с жалобным предсмертным криком.
Но именно в это мгновение старый охотник припомнил, с каким героизмом защищала теленка его мать. Точно что-то оборвалось в груди старика, и он опустил свое ружье. Олененок по-прежнему ходил около зеленого куста, ощипывая листочки и прислушиваясь к малейшему шороху. Емеля быстро поднялся и громко свистнул. Маленькое животное тут же скрылось в кустах с быстротой молнии. Старик долго стоял на месте и улыбался, припоминая малыша. (455 слов) По Д. Мамину-Сибиряку
Загружено с учебного портала http://megaresheba.ru/ все изложения для сдачи выпускного экзамена по русскому языку за 11 классов в РБ.
Загружено с учебного портала http://megaresheba.ru/ все изложения для сдачи выпускного экзамена по русскому языку за 11 классов в РБ.
Бобришный угор
Я как-то смутно помню эту первую ночь на Бобришном угоре. Под ступенью крыльца мы нашли ключ от замка и вошли в твой светлый ночной дом. Ветки зеленели совсем рядом за стеклами, рядом же, почти под нами, ясная, бессонная, стремилась река. — Здравствуй, земля моя родная. Ты не знал, что я слышал эти слова, сказанные тобой вполголоса, но если бы и знал, мне все равно не стало бы стыдно.
Я благодарен тебе за то, что мое присутствие во время вашей встречи, встречи с родной землей, не выглядело фамильярным. К тому же ведь так естественно здороваться с родиной. И вот мы уже маячим на высоком, тихом, зеленом берегу, где прямо из песка растут могучие, мясистые стебли щавеля.
Изредка я срываю стебель и с хрустом надкусываю; кислый и сочный щавель не хуже пасты очищает во рту, и язык после него сразу как-то устанавливается на свое место. Мы удим, а это значит, что мы уже как бы и не мы, мы растворились, сравнялись с вечной природой, произошло то самое слияние с рекой, с кустами и травой, с небом, ветром и птицами, когда забываешь самого себя.
Мир снова стал цельным и гармоничным, как в раннем детстве, когда мысль о конце еще ни разу не ознобила душу своим безжалостным инеем. Река струит свои светлые упругие пряди, стремительные зуйки словно прокалывают пространство меж берегами. Где-то в лесу, в его отрешенно-колдовском шуме, звучит коровий колокол, а мы с наживкой в рукавице неутомимо ходим от заводи к заводи.
Ищем, ждем хорошего клева и у каждого нового куста верим в большую добычу. И каждый куст обманывает нас, и мы вслух придумываем причины безрыбья. Впрочем, уха у нас уже есть. Но тебе хочется поймать хариуса. Я никогда не видел эту благородную рыбу, и ты хочешь поймать хариуса, но хариус еще ни разу не клюнул, и ты тащишь меня смотреть гнезда зуйка.
Птичка с тревожным свистом слетела с гнезда. Рядом стремится куда-то твоя родная река, над нами шумит от ветра, зеленеет Бобришный угор. Его крохотный житель — зуек — тревожно свистит, а мы глядим на гнездо, и нам хочется скорее уйти, чтобы не мучить зуйка.
Дома, вытряхивая из холщовой рукавицы остаток наживки в бадью с землею, ты говоришь, что дождевые черви живут в неволе месяцами и больше, если землю изредка сдабривать несколькими каплями молока и спитым чаем. Потом, забыв про червей, зовешь меня дальше, смотреть дятлову работу: — А знаешь, какое у дятла профессиональное заболевание?
Я не знал, что профессиональное заболевание у дятла — сотрясение мозга. С восторгом восьмиклассника ты показываешь мне отверстие, продолбленное дятлом в дощатой стенке сеней. Гляжу и дивлюсь, сколько же нужно было тюкать, чтобы пробить эту дыру в стенке, какое нужно упрямство!
Но самое интересное то, что дятлова дыра сделана в десяти сантиметрах от окошечка, выпиленного плотниками. Вместо того чтобы влезть в это окошечко и посмотреть, что там внутри, дятел долбил свое, только свое окошечко. И я все еще не могу до конца отдаться Бобриш-ному угору, не могу без своих дурацких аналогий. При виде дятловой работы мне думается про упрямство и гордость юношеских поколений, не верящих на слово отцам и дедам. Опыт предков не устраивает гордых юнцов, и они каждый раз открывают заново уже открытые ранее истины, долбят свои собственные отверстия. (520 слов) По В. Белову
Загружено с учебного портала http://megaresheba.ru/ все изложения для сдачи выпускного экзамена по русскому языку за 11 классов в РБ.
Загружено с учебного портала http://megaresheba.ru/ все изложения для сдачи выпускного экзамена по русскому языку за 11 классов в РБ.
О выборе цели
Когда человек сознательно выбирает себе в жизни какую-то определенную цель, жизненную задачу, он вместе с тем невольно дает себе оценку. По тому, ради чего человек живет, можно судить и о его самооценке — низкой или высокой.
Если человек рассчитывает приобрести все элементарные материальные блага, он и оценивает себя на уровне этих материальных благ: как владельца машины последней марки, как хозяина дорогой роскошной дачи, как часть своего мебельного гарнитура. Если человек живет, чтобы приносить людям добро, облегчать их страдания при болезни, давать людям радость, то он оценивает себя на уровне этой человечности.
Он ставит себе цель, достойную человека. Только жизненно необходимая цель позволяет человеку прожить свою жизнь с достоинством и получить от нее настоящую радость. Да, радость! Подумайте, если человек ставит себе задачей увеличивать в жизни добро, приносить людям счастье, то какие неудачи могут его постигнуть? Не тому помочь, кому следовало бы? Но много ли не нуждаются в помощи?
Если ты врач, то, может быть, поставил больному неправильный диагноз? Такое бывает у самых лучших врачей. Но в сумме ты все-таки помог больше, чем не помог. От ошибок никто не застрахован. Но самая главная ошибка — роковая — неправильно выбранная главная задача в жизни. Не повысили в должности — огорчение.
Не успел купить марку для своей коллекции — огорчение. У кого-то лучшая, чем у тебя, мебель или лучшая машина — опять огорчение, и еще какое! Ставя себе задачей карьеру или приобретательство, человек испытывает гораздо больше огорчений, чем радостей, и рискует потерять все. А что может потерять человек, который радовался каждому своему доброму делу?
Важно только, чтобы добро, которое человек делает, было бы его внутренней потребностью, шло от умного сердца, а не только от головы, не было бы одним только «принципом». Поэтому главной жизненной задачей должна быть обязательно задача шире, чем просто личностная, она не должна быть замкнута только на собственных удачах и неудачах.
Она должна диктоваться добротой к людям, любовью к семье, к своему городу, к своему народу, стране, ко всей вселенной. Означает ли это, что человек должен жить как аскет, не заботиться о себе, ничего не приобретать и не радоваться простому повышению в должности? Отнюдь нет!
Человек, который совсем не думает о себе, — явление ненормальное и неприятное: в этом есть какой-то надлом, какое-то показное преувеличение в себе своей доброты, бескорыстия, значительности, в этом есть какое-то своеобразное презрение к остальным людям, стремление выделиться. Поэтому я говорю лишь о главной жизненной задаче.
А эту главную жизненную задачу не надо подчеркивать в глазах остальных людей. И одеваться надо хорошо (это уважение к окружающим), но не обязательно лучше других. И библиотеку себе надо составлять, но не обязательно большую, чем у соседа. И машину хорошо приобрести для себя и семьи — это удобно. Только не надо превращать второстепенное в первостепенное и не надо, чтобы главная цель жизни изнуряла себя там, где это не нужно. (454 слова) По Д. Лихачеву
Загружено с учебного портала http://megaresheba.ru/ все изложения для сдачи выпускного экзамена по русскому языку за 11 классов в РБ.
Загружено с учебного портала http://megaresheba.ru/ все изложения для сдачи выпускного экзамена по русскому языку за 11 классов в РБ.
Полоцк
Полоцк. Это слово как эхо славной истории нашей Родины. Название города прочно входит в наше сознание с детства. Полоцк — один из древнейших городов восточных славян. Первое письменное упоминание о нем относится к 862 году. Под этой датой в летописном своде «Повести временных лет» он назван «градом».
Более одиннадцати веков назад неподалеку от места впадения Полоты в Западную Двину древние кривичи основали город и назвали его по имени реки Полота. Возникновение и интенсивное развитие города было связано с торговым путем, соединившим Византию, Арабский Восток, Южную и Северную Русь.
По полоцким землям проходил один из важнейших торговых путей древности — путь из варяг в греки. Немало интересных легенд связано с Полоцком. Скандинавские саги рассказывают о полоцких дружинах, которые ходили под стены Царьграда, «Слово о полку Игореве» славит смелость полочан и мудрость князя Всеслава Чародея.
С середины XI столетия плывет над Двиной величественный корабль Софийского собора. Всеслав возводил храм в честь Святой Софии, чтобы доказать миру равенство Полоцка с Новгородом и Киевом, где такие соборы появились несколько раньше. До этого каменных храмов полочане не строили, поэтому князь пригласил в город византийских мастеров.
К ним, на ходу осваивая строительные секреты, добавились местные мастера: ведь нельзя было, чтобы главный собор Полоцкой земли возводили руки чужестранцев. Греческое слово «софия» в переводе означает «мудрость», «мастерство». Предки объясняли его как великое человеческое богатство, объединенное общими заботами и стремлениями.
Собор должен был стать символом единства всех жителей княжества. На установленном у крыльца собора огромном валуне, который через десять столетий станет музейным экспонатом, старинные полоцкие мастера оставили нам свои имена: Давыд, Тума, Микула, Копысь, Варышка.
В период феодальной раздробленности Полоцк становится центром просвещения, где ведется летописание, при монастырях открываются школы. В Полоцке родился великий просветитель и основатель белорусского книгопечатания Франциск Скорина. Он перевел на белорусский язык и напечатал двадцать две библейские книги. Известно более трехсот восьмидесяти изданий Франциска Скорины.
Ежегодно в сентябре жители Полоцка отмечают Скоринов-ский праздник, который собирает писателей, поэтов и деятелей культуры. Культурная сокровищница города немыслима и без Симеона Полоцкого — талантливого поэта, переводчика, мыслителя XVII века. Прошли столетия, но не погасла слава города.
До наших времен сохранились археологические и архитектурные памятники — свидетели исторических событий и творческого гения по-лочан. С Полоцком связаны жизнь и деятельность Ефросиньи Полоцкой. Преподобная княжна основала в городе два монастыря — мужской и женский, создала скрипториумы и иконописные мастерские.
По ее заказу был воздвигнут уникальный храм с фресковыми изображениями на стенах. И храм, и фрески удивительным образом сохранились до наших дней. Некогда в Полоцке было тридцать восемь храмов, но за тысячелетнюю историю многие из них были разрушены: одни — во время войн, другие — в период антирелигиозной политики.
Самые известные из сохранившихся — Софийский собор и Спасо-Ефросиньевский монастырь. Более десяти лет в Полоцке велись работы по восстановлению храма Покрова Пресвятой Богородицы. В 2004 году в новый храм вошли первые прихожане. В Полоцке мирно уживаются верующие разных конфессий. Наряду с православными возрождаются и католические храмы. (465 слов)
Источник: studfile.net